Экономика : Арктика себе в убыток

30.03.2017



Чтобы шельфовые проекты оказались рентабельными, нефть должна подорожать почти в два раза

Заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Минэнерго объявило, при какой цене на нефть разработка Арктического шельфа для российских компаний станет рентабельной – 70–100 долл. за баррель. Получается, сейчас добыча на шельфе экономически нецелесообразна. По мнению некоторых экспертов, Минэнерго поскромничало. Они признают, что ситуация с окупаемостью сильно меняется в зависимости от конкретных проектов, но в большинстве случаев добыча станет рентабельна при 115 долл. за баррель. Эксперты предупреждают: российские компании не смогут законсервировать свою работу на шельфе в ожидании благоприятной внешней конъюнктуры, потому что это приведет к еще большим потерям.

Нефть марки Brent подешевела с начала года примерно на 4–5 долл. – до 51–52 долл. за баррель. И, как следует из вчерашних заявлений главы Минэнерго Александра Новака, в таких условиях арктические шельфовые проекты России нескоро станут рентабельными. Потому что их окупаемость будет возможна тогда, когда нефть подорожает в полтора, а еще лучше в два раза.

«Мы исходим из того, что наши нефтегазовые компании обозначают порядок цен, при которых экономически выгодно и эффективно работать на шельфе, – это от 70 до 100 долл. за баррель», – приводят слова Новака информагентства.

Между тем российские власти возлагают большие надежды на добычу углеводородов в Арктике. Собственно, именно с этими планами и связана возросшая активность РФ в регионе: от формального разграничения территорий в Арктической зоне и наращивания вооружений до выстраивания логистики и организации международных пиар-кампаний, включая экологические мероприятия.

Так, вчера президент Владимир Путин и премьер Дмитрий Медведев прибыли на остров Земля Александры архипелага Земля Франца-Иосифа и оценили результаты программы по очистке Арктики от накопившегося мусора. Как сообщил глава Минприроды Сергей Донской, в рамках программы было выбрано шесть островов архипелага, с которых в общей сложности удалось вывезти более 42 тыс. т мусора. В основном это были металлические бочки с отходами нефтепродуктов и угля, непригодного для использования, передает Интерфакс.

Новак вчера сообщил, что «общий объем начальных извлекаемых ресурсов Арктики составляет 286 млрд т, это 60% всех углеводородных ресурсов России». «Сегодня в Арктике добывается 93 млн т нефти, что составляет 17% всей российской добычи, к 2035 году эта доля вырастет до 22%», – сообщил министр.

По его словам, в части газа ситуация «вообще уникальная». «Основные запасы газа РФ сосредоточены именно в Арктической зоне, в этом регионе добывается около 80% всего российского газа», – сказал Новак. Как при этом сообщает пресс-служба Минприроды, «на Арктическом шельфе не разведано более 90% территорий, на суше – около 53%».

Напомним, в сентябре 2016 года правительство ввело временный мораторий на выдачу лицензий на разработку новых месторождений Арктического шельфа. Право работать на шельфе сохранили компании «Роснефть» и «Газпром», сообщили вчера в пресс-службе Минприроды.

В феврале этого года правительство решило пока не отменять действие моратория. «Лицензий уже выдано достаточно много, объем обязательств по ним большой. Новые решения по мораторию не планируются», – пояснял Сергей Донской. Он уточнял, что к вопросу выдачи новых лицензий можно будет вернуться после стабилизации рынка нефти.

«В настоящее время компании проводят геологическую разведку в соответствии с обязательствами выданных им лицензий», – сообщили в пресс-службе Минприроды. В целом, по состоянию на 27 февраля на российском шельфе и в пределах морских акваторий действует 138 лицензий на углеводородное сырье, включая работы по семи госконтрактам: 42 лицензии эксплуатационные, 75 совмещенных и 21 поисковая; 53 лицензии у «Роснефти», 41 у «Газпрома», 14 у ЛУКОЙЛа и семь у «Новатэка», перечисляют в Минприроды.

Опрошенные «НГ» эксперты обращают внимание, что уровень рентабельности может сильно варьироваться в зависимости от конкретных проектов.

«Каждый арктический проект уникален и требует особого подхода в плане технологий и способов разработки месторождения, что напрямую отражается в различном уровне затрат и рентабельности, – пояснила «НГ» замдиректора Центра сырьевой экономики Академии народного хозяйства и госслужбы (РАНХиГС) Регина Базалева. – При текущем уровне цен реализация арктических проектов с нуля, вероятно, убыточна, учитывая крайне тяжелые природно-климатические условия и требуемые капитальные затраты. Но там, где промысел уже обустроен и большая часть капитальных затрат осуществлена, продолжение освоения может быть рентабельно».

«Для рентабельности важна ведь не только цена на нефть, но и себестоимость, которая, как мы видим на примере сланцевой добычи в США, может радикально снижаться по мере развития технологий, – обращает внимание аналитик компании «Финам» Алексей Калачев. – Сомнительно, что технологический прорыв будет достигнут самостоятельно, но при восстановлении международного сотрудничества он возможен».

Однако часть экспертов все же считает, что в Минэнерго поскромничали с определением уровня рентабельности добычи в Арктике. «Различные бухгалтерские ухищрения позволяют двигать эту цифру в достаточно широких пределах, кроме того, налоговые льготы и корпоративные соглашения могут сильно влиять на себестоимость», – признает аналитик компании «Фридом Финанс» Георгий Ващенко. Но все же большинство арктических проектов, по оценкам эксперта, станут рентабельными при цене нефти около 115 долл. за баррель.

В то же время, какими бы туманными ни были перспективы окупаемости, российские компании не смогут заморозить уже начатые арктические проекты в ожидании роста нефтяных цен.

«Заморозка проектов, где основная часть затрат уже осуществлена, маловероятна (на континентальном шельфе Арктики это месторождение «Приразломное»)», – говорит Базалева.

По словам эксперта, государство заинтересовано в освоении шельфа Арктики, «так как это огромные запасы и соответственно налоги в бюджет». «Но освоение Арктического шельфа требует большой технологической готовности, поэтому если сейчас все прекратить и ждать высоких цен, то может повториться опыт нулевых, когда в условиях высоких цен на нефть и при большом количестве выданных лицензий промышленное освоение началось только на одном месторождении – «Приразломное», – поясняет Базалева.

«Для российских нефтегазовых компаний наличие шельфовых проектов в портфолио – вопрос статуса. Кроме того, наличие столь крупных месторождений – это запасы углеводородов, которые находят отражение на балансах компаний. На это смотрят в том числе инвесторы по всему миру», – объясняет старший аналитик компании «Альпари» Роман Ткачук.

«Консервация во многих случаях невозможна. Оборудование, которое там стоит, негде больше использовать», – замечает Георгий Ващенко. Старший научный сотрудник Института экономики РАН Иван Капитонов обращает внимание, что часто консервация месторождения приводит к еще большим потерям, чем недополученная из-за низких цен прибыль.

«Убытки компаний на этих проектах покрываются за счет прочих проектов. Именно поэтому в РФ временно приостановлена выдача лицензий на разработку шельфа», – добавляет Капитонов. Крупнейшие российские нефтегазовые компании продолжат разрабатывать Арктический шельф, распределяя издержки внутри компании, соглашается Алексей Калачев.

Анастасия Башкатова, Независимая газета

Подразделы

Объявления

©РАН 2017