Женщина науки. Жизнь и трагическая судьба Марии Кюри
07.11.2022
Источник: Aif.ru , 07.11.2022, Дмитрий Писаренко
Мария
Склодовская-Кюри.
Если
спросить на улице: «Кто самая известная женщина-учёный всех
времён?», — в большинстве ответов прозвучит её имя. Согласно
опросу 2009 года, проведённому журналом New Scientist, она является самой
вдохновляющей женщиной науки. Это неудивительно: в те годы, когда
исследовательская деятельность оставалась исключительно мужским занятием,
а представительницы слабого пола не могли мечтать не то что
о карьере учёного, но даже о получении высшего образования, она
ломала стереотипы и своим примером доказывала, что место на научном
Олимпе не зависит от половойпринадлежности. И в результате
стала первой женщиной, получившей Нобелевскую премию, а кроме того, первым
человеком в мире, получившим две Нобелевские премии.
Aif.ru
вспоминает о родившейся 155 лет назад Марии
Склодовской-Кюри и её трагической судьбе.
Усердия было не занимать
Мария
была пятым ребёнком в семье учителей. Отец преподавал физику
и математику в школах Варшавы, которая тогда входила в состав
Российской империи, и был в курсе последних научных достижений.
Правда, больших денег это не приносило, кроме того, Владислав
Склодовский неудачно вложился в бизнес своего родственника, который
вскоре прогорел.
Владислав
Склодовский с дочерьми (слева направо): Мария, Бронислава, Хелена. 1890 год.
Когда
девочке было 10, от туберкулёза умерла её мать. Отцу было тяжело
обеспечивать детей, и Мария подрабатывала гувернанткой. Тем не менее
гимназию она окончила с золотой медалью и, накопив денег, переехала
в Париж, где поступила в Сорбонну. Средств едва хватало на еду
и оплату жилья, но усердия студентке было не занимать. Девушка
экономила на всём, в том числе на транспорте, добираясь
до университета пешком, а однажды упала в обморок во время
занятия.
По окончании
учёбы Мария Склодовская собиралась вернуться в Варшаву, чтобы преподавать
в местных школах, как её родители, но всё изменила встреча
с будущим мужем. Пьер Кюри к тому времени был уже известным
физиком, специалистом по магнетизму и автором нескольких работ
по физике кристаллов. Он заведовал лабораторией в Муниципальной
школе индустриальной физики и химии, где польской студентке выделили
уголок для экспериментов. Хрупкая и трудолюбивая девушка понравилась
молодому французу, и вскоре последовало предложение руки и сердца.
Однако Пьер нарвался на отказ: Мария по-прежнему раздумывала над возвращением
на родину и не собиралась обременять его. Но тот настаивал,
говорил даже, что готов переехать в Варшаву вместе с ней,
и через год они поженились.
Радиоактивный ажиотаж
В конце
1897 года Склодовская-Кюри берётся подыскать себе научную тему для диссертации.
Её интересуют исследования двух учёных — Вильгельма Рентгена и Анри
Беккереля. Первый открыл проникающее излучение, впоследствии названное его
именем. А второй обнаружил, что это излучение испускают соединения урана.
Склодовская-Кюри
решает продолжить исследования в этой области. Она начинает измерять
радиоактивность всех известных на тот момент химических элементов,
а также сплавов. В апреле 1898 года она выясняет, что лучи Беккереля
(так их тогда называли) испускает не только уран,
но и торий — слаборадиоактивный металл, содержащийся
в некоторых минералах. Исследовательница предполагает, а затем
и доказывает, что способность вещества испускать лучи не зависит
от температуры и других внешних факторов, а является свойством
его атомов. Это явление она называет радиоактивностью.
В 1898
году к её исследованиям подключается супруг Пьер. Работая
с настураном (минеральной смолой, содержащей уран), учёные выделяют
из него два новых элемента. Это были полоний, названный так впоследствии
в честь родины Марии — Польши, и радий.
Открытие
радиоактивности и элементов, обладающих этим свойством, стало настоящим
прорывом в науке и вызвало небывалый ажиотаж в обществе. Правда,
это был не тот ажиотаж, который мог бы предположить современный
человек, шарахающийся в сторону от одного лишь слова «полоний». Всё
обстояло ровно наоборот: в радиоактивности увидели панацею, лекарство
от всех болезней. Радий добавляли в шоколад, зубную пасту, постельное
бельё, шерстяные изделия для детей. Выпускались и широко рекламировались
радиоактивные духи, помада, кремы для лица («Ваше лицо будет сиять!» —
обещали покупателям), сигареты и даже презервативы.
В 1910-е
годы в США популярностью пользовался препарат «Радитор», который, как
сообщал его производитель, лечит целый букет недугов — рак желудка, артрит,
ревматизм, психические расстройства и импотенцию. «Лекарство» содержалось
в склянках и представляло собой дистиллированную воду
с изотопами радия.
Поскольку
явный вред здоровью от радиоактивного излучения проявляется лишь при
накоплении достаточной дозы, убедительные свидетельства опасности всех этих
средств стали появляться лишь к концу 1920-х годов. Собственно,
и сама Склодовская-Кюри в итоге расплатилась за интерес
к радиоактивности своей жизнью, став жертвой лучевой болезни. Правда,
случилось это позже, в 1934 году.
![(jpg, 195 Kб)](/FStorage/Download.aspx?id=e42283f1-d8b6-4766-9b31-5d81fcbccb35)
Мария,
Пьер и Ирен Кюри. Около 1902 года.
Две Нобелевки и мобильные лаборатории
В 1903
году Пьер и Мария Кюри были удостоены Нобелевской премии по физике
«в знак признания исключительных услуг, которые они оказали науке совместными
исследованиями явлений радиации, открытой профессором Анри Беккерелем». Последний
разделил премию с супругами. Правда, в исходной номинации фигурировали
только мужчины. Марию включили в список после того, как Пьер Кюри написал
письмо известному математику и влиятельному члену Шведской академии
наук Миттаг-Леффлеру, который был убеждённым сторонником равноправия женщин.
Через
три года Пьер трагически погиб на улице Парижа. Он поскользнулся
в дождливую погоду и угодил под колёса конного экипажа. К сожалению,
он так и не узнал, что его жена стала первым в истории
учёным, получившим две Нобелевские премии: в 1911 году ей вручили
награду «за выдающиеся заслуги в развитии химии: открытие элементов
радия и полония, выделение радия и изучение природы и соединений
этого замечательного элемента». Годом ранее Кюри смогла выделить чистый радий,
завершив 12-летний цикл исследований и окончательно доказав, что
он является самостоятельным химическим элементом. Уже тогда было понятно,
что он может иметь применение в медицине — например, при лечении
опухолей.
Овдовев
и оставшись с двумя дочерьми, Мария продолжила научную работу, а, кроме
того, начала преподавать в Сорбонне, где заменила в профессорской
должности своего супруга. Так она стала первой женщиной-профессором в этом
университете. Во время Первой мировой войны она предложила организовать
мобильные лаборатории рентгеновской диагностики раненых французских солдат.
Грузовики оснащали рентгеновскими аппаратами, и они объезжали госпитали,
помогая хирургам проводить операции — например, точно определять положение
пули, застрявшей в теле. Снимки можно было делать чуть ли
не на поле боя. Во французской армии эти мобильные лаборатории
называли Petite Curie — «Маленькие Кюри».
Мария
Склодовская-Кюри за рулём мобильной рентгеновской установки.
Катаракта, анемия, проблемы с почками...
После
войны Мария работала в парижском Институте радия.
По её предложению он был переориентирован на борьбу
с раком, получил спонсорскую поддержку и стал одной
из крупнейших лабораторий мира по исследованию радиоактивности.
Смертельная
радиация. Смогли бы сегодня вылечить Марию Кюри?
К сожалению,
она так и не смогла в полной мере оценить опасность, исходящую
от радиоактивного излучения. Говорят, в качестве ночника у своей
кровати она держала светящийся образец радия. Во время интенсивной научной
работы исследовательница теряла вес и страдала анемией. У неё были
проблемы с почками и катаракта, которую она прооперировала втайне
от окружающих. 7 июня 1934 года Мария Кюри скончалась
в возрасте 66 лет.
Когда
в конце 1960-х её родственники решили передать архив супругов Кюри
в Национальную библиотеку Франции, выяснилось, что многие документы —
дневники, книги, рукописи — всё ещё обладают повышенной и опасной для
человека радиоактивностью. Поэтому каждый из них поместили
в специальный кофр.