http://www.ras.ru/digest/showdnews.aspx?id=c25446f8-9ebb-4ea9-add8-e0a995562ecc&print=1© 2024 Российская академия наук
Время, когда по количеству цитат в тексте судили об эрудированности автора, безвозвратно уходит
Об авторе: Олег Васильевич Корниенко – кандидат экономических наук, доцент Донского государственного технического университета (Ростов-на-Дону).
Быстрое распространение компьютерных технологий в начале нулевых годов первого века третьего тысячелетия привело вместо прогресса в сфере квалификационных работ в образовании и науке к быстрому ухудшению их качества.
Квалификационную работу теперь стало возможным смастерить из подручных материалов очень быстро: курсовую – за несколько минут, докторскую – за несколько дней. Труды студентов и «ученых» стали напоминать лоскутные одеяла, поскольку составлялись зачастую наспех из обрывков статей и монографий совершенно посторонних им молодых и пожилых людей.
Однако быстро нашлось противоядие, которое должно было, по идее, остановить беспредел и анархию. Появились компьютерные сервисы и программы, направленные на поиск и обнаружение плагиата. Наиболее известной и популярной является система «Антиплагиат», чье название, по существу, стало именем нарицательным для всех «борцов» с плагиатом.
Достаточно быстро в научном и учебном сообществах антиплагиатные системы были взяты на вооружение. Нынче практически ни в одном вузе страны невозможно сдать подчас даже курсовую работу без проверки на антиплагиат.
На мой, возможно, пристрастный взгляд, введение систем антиплагиата на «повсеместном» уровне не только не решило проблем самостоятельности квалификационных работ, а во многом их усугубило.
Для начала отметим разнобой в определении максимально возможного процента плагиата в работе. В различных учебных заведениях и диссертационных советах необходимый процент самостоятельности колеблется: рефераты и контрольные – 50–60%; курсовые – 50–75%; дипломы – 60–90%; диссертации – 80–95%. Различия удивительные, и студенты и аспиранты уже скоро будут выбирать для обучения те заведения, где требования проще. Вопрос в том, чтобы централизованно остановиться на одной цифре и унифицировать требования. Но воз и ныне там.
Сами программы, на которых проверяются работы, еще далеки от совершенства и выдают разные результаты при проверке одной и той же работы. Разница может быть и небольшая – в 5–10%, но исключительно важная, если речь идет о судьбе человека – например, о допуске его к защите дипломной работы.
Другая проблема лежит в самом объеме требований. Допустим, необходимый процент самостоятельности работы 75%. Что это означает? А то, что я спокойно могу четверть своей работы переписать из книжки незнакомого парня или девушки, не ссылаясь на них, и мне за это ничего не будет. Согласно этим требованиям, например, Пушкин мог подворовывать по три строки с хвостиком у Жуковского с Вяземским для каждой строфы «Евгения Онегина».
И вообще, на мой взгляд, идеальный процент самостоятельности – 50 плюс одно слово. Контрольный пакет. Все равно ведь моего больше, чем чужого!
Системы поиска плагиата постепенно уничтожают цитаты и ссылки на чужие произведения. Во-первых, цитируемый текст ничего не добавляет к самостоятельности работы. Во-вторых, не все «антиплагиаты» адекватно реагируют на цитаты. Иногда они просто засчитывают их как заимствованный текст. В результате ссылки начинают постепенно исчезать из квалификационных работ.
Я лично видел уже в этом учебном году успешно защищенную магистерскую диссертацию, в которой не было ни одной ссылки на использованную литературу. То время, когда цитаты воспринимались, как масло в каше, и по их количеству судили об эрудированности автора, безвозвратно уходит. Надо быть «самостоятельным», а не начитанным и эрудированным.
Еще одна болевая точка борьбы с плагиатом лежит в сфере определения его источников. Совсем недавно я решил проверить на плагиат свой новый учебник. Я не ожидал высокого процента оригинальности, поскольку использовал в этой книге материалы из моих предыдущих публикаций, что совершенно законно и нормально. Процент действительно оказался небольшим, но самое главное – какие были обнаружены источники заимствований. Программа указала не мои собственные книги (более десятка моих учебников продаются в интернет-магазинах), а совершенно непонятные пиратские сайты, на которых они непонятно кем и неизвестно по какому праву были размещены. Вот и доказывай после этого, что ты не верблюд.
И, наконец, главная проблема. Все системы выявления плагиата реагируют только на буквальные совпадения текста. Перестановка фраз в предложении или замена слов на их синонимы приводит к тому, что заимствованный текст достаточно легко «очищается» и превращается в «самостоятельный». Студенчество, аспиранство и даже докторанство достаточно быстро подметили эту особенность антиплагиат-программ и стали выдавать на гора тысячи тонн словесной руды, а точнее шлака, переделанного из произведений других авторов. Эта макулатура и составляет в настоящее время основной контент, защищаемый под видом квалификационных работ в наших вузах и диссертационных советах.
Невероятные требования по публикациям, которые предъявляют так называемые эффективные контракты к преподавателям наших вузов, привели к тому, что и журнальные статьи начинают изготовляться по тому же рецепту. Преподаватели, загруженные учебной работой, а также бесконечной и бессмысленной переделкой методических комплексов, чтобы сэкономить время, просто передергивают чужую статью и выдают ее за свой «научный труд».
Любой индивид, владеющий русским языком на четверку, способен из любого заимствованного текста за несколько часов усидчивого труда сотворить вполне себе оригинальный. А если не владеет и неусидчивый – есть много желающих за достаточно приемлемые суммы помочь ему в этом.
Перестановки и перетасовки слов и фраз зачастую приводят к тому, что исковерканный текст читается с большущим трудом. Но кого это волнует, если оригинальность повышенная?
На известном сайте «Стихи.ру» некий автор по имени Лео Инноккгоре опубликовал интересное произведение под названием «Антиплагиат – оригинальность сто». Смысл этого сочинения состоит в том, что автор переписал своими словами первые три строфы стихотворения «К***» («Я помню чудное мгновенье…»). Достаточно привести первый куплет: «Я вспоминаю расчудесный миг,/ Когда ты передо мною появилась,/ Как дуновенье мимо лет текущих,/ Как чистой прелести талант». Самое интересное, что автор разместил там же скан проверки этого текста на плагиат, где приведен итог: «Заимствования – 0%; цитирования – 0%; оригинальность – 100%».
В начале 1980-х тогдашний чемпион мира по шахматам Анатолий Карпов провел сеанс одновременной игры против сотни компьютеров и победил с результатом 100:0. В настоящее время с тем же счетом один компьютер вполне способен победить сто лучших гроссмейстеров. Но все ЭВМ мира, даже взявшись за руки, не способны в словах «один молодой человек с волосами красноватого оттенка, весь покрытый веснушками, путем нанесения побоев инструментом типа заступа довел до летального исхода батюшку своего отца» признать широко известного рыжего и конопатого из не менее знаменитого мультфильма.
Вывод из всего этого неутешительный: вместо улучшения ситуации с качеством учебных и научных работ применение систем антиплагиата привело в целом к их дальнейшему и чудовищному ухудшению. Повышенная оригинальность – это уже почти диагноз, как и повышенная температура. И выход из этого тупика не освещает пока ни один светоч.
Ростов-на-Дону