http://www.ras.ru/digest/showdnews.aspx?id=d461c3ef-54e9-405a-bc4e-f1c0c79a357d&print=1© 2024 Российская академия наук
Мы видим, что мы лечим. Мы лечим, что мы видим. Этот слоган, знакомый очень немногим, некий девиз тех, кто так или иначе причастен к ядерной медицине. Причем замечено: его знают не только те, кто использует ее для диагностики и лечения, но и те, кто эту диагностику и лечение проходят. Объяснение тому простое - каждый год в мире проводится более 50 миллионов процедур в сфере ядерной медицины. Цифра довольно известная. А вот информация из "узкого круга": год назад впервые в Московском медицинском университете имени Пирогова по инициативе академика РАН, автора и эксперта "РГ" Григория Ройтберга создана кафедра ядерной медицины.
Дань моде, злоба дня? Обитаем в сфере противоречий. Излучение смертельно опасно, вызывает рак. Поминаем Хиросиму, Нагасаки, Чернобыль, запреты на увлечение солнечными лучами. И тут же возмущаемся, если при обследовании обошлись без КТ, МРТ, ПЭТ. Если онкобольному не назначили лучевую терапию... Потому уместно напомнить.
Первое отделение лучевой терапии открылось... в 1903 году в Москве в Институте имени Морозовых. Сейчас это всемирно известный научно-исследовательский онкологический институт имени П.А. Герцена. Первая в мире научно-исследовательская рентгенорадиологическая клиника появилась в Петрограде в 1918 году. Ныне это Российский научный центр радиологии и хирургических технологий имени академика A.M. Гранова. Основатель клиники Михаил Неменов был одним из первых в мире радиологов. Этот экскурс в прошлое лишь для того, чтобы понимать: каждый, кому хотя бы однажды при обследовании была проведена компьютерная томография, уже сталкивался с ядерной медициной. Она совмещает в себе разработки клинической медицины, молекулярной биологии, фармакологии, ядерной физики, органической химии. Именно поэтому используется в диагностике и лечении онкологии, заболеваний сердца, щитовидной железы, неврологических проблем. То, что ядерная медицина улучшила диагностику заболеваний новыми практиками и технологиями, ускорила назначение индивидуального лечения, доказательств не требует.
Скажем, адресное лучевое воздействие на раковые клетки и пораженные органы минимизирует ущерб для здоровых тканей. Пациента почти не мучают последствия процедуры. При дистанционной лучевой терапии удается добраться до самых глубоких опухолей, окруженных здоровыми тканями. А радиофармацевтические препараты, полученные с помощью ядерных технологий, пришлись ко двору и при диагностике, и в лечении. Они умудряются доставить нужную дозу радиации в саму опухоль или метастазы. Убивают, еще раз подчеркнем, раковые клетки, не повреждают здоровые. Ядерная медицина избавляет даже от мельчайших метастазов и единичных больных клеток в организме. Да, очень точен лозунг ядерной медицины: "Мы видим, что мы лечим, мы лечим, что мы видим". В других областях целительства такого пока нет.
Но тут же главный вопрос моей любимой героини - тети Маши из подъезда: "Ядерная медицина доступна всем, кто в ней нуждается? В те 50 миллионов, о которых сообщает мировая статистика, я, тетя Маша, попадаю?"
"РГ" рассказывала о знаменитом центре ядерной медицины имени академика Цыба в Обнинске. Это одно из достойнейших по всем показателям учреждений такого профиля в мире. Сегодня еще об одном. Запомните - на всякий случай - его имя и адрес: Институт ядерной медицины, город Химки Московской области. Есть и сокращенной вариант названия - ИЯМ.
Новый адрес
Химки - это недалеко от самой Москвы. Но не в двух шагах. Как пациенты сюда добираются, не отталкивает ли их неблизкая дорога? Никто не сетовал. Зато почти каждый обязательно говорил о красоте природы вокруг, о том, как все приспособлено. Один пациент посоветовал даже обратить внимание на полы из какой-то необычной керамики.
- Здесь зеленая зона, хорошая транспортная доступность, тихий район, - комментирует директор ИЯМ Сергей Дорофеев. - Институт - единственный медицинский объект в РФ, сертифицированный по международной системе "зеленых" зданий LEED. Это значит, что использовались безопасные строительные материалы, соблюдались требования к охране окружающей среды.
Зациклились на месте расположения института, на его полах, стенах, лифтах, необычных гобеленах в кабинетах радионуклидной терапии, лучевой диагностики, линейного ускорителя?.. Одни названия чего стоят! А противораковый центр? Причем тут диваны и кресла, автоматы для кофе и воды? К тому же главный врач института Светлана Кот отказала нам в посещении отделения радионуклидной терапии.
Радионуклидная терапия переносится хорошо, с минимальными побочными эффектами. Некоторые методики применяются в амбулаторных условиях
- Сегодня не пустим, - сказала Светлана Ивановна. - Есть госпитализированные пациенты. Они получают радионуклидную терапию, то есть лечение открытыми источниками ионизирующего излучения. И автоматически, когда они получают радиофармпрепарат, то становятся открытым источником ионизирующего излучения. Поэтому ни они выходить никуда не могут, ни к ним нельзя войти. Пациенты, как только приняли радиофармпрепарат, находятся на так называемых горячих койках. Мы еще это называем "закрытый режим".
- А вы как туда входите?
- У сотрудников специальные средства защиты, специальная рабочая одежда. В основе радионуклидной терапии - воздействие на организм пациента радиофармпрепаратами. Препарат вводится внутривенно, или внутривенно-капельно, или перорально. И накапливается только в патологических очагах. Эта терапия переносится хорошо, с минимальными побочными эффектами. Некоторые наши методики применяются в амбулаторных условиях. И самое главное: метод дает надежду пациентам, у которых третья или даже четвертая стадия болезни.
- Светлана Ивановна! Институт в Химках - учреждение частное. Сколько стоит лечение? Кому эта роскошь по карману?
- Смотря какое лечение. Если, например, первичный курс радиойодтерапии, то это около 200 тысяч рублей. А если радионуклидная терапия, допустим, с радием, то это уже 550 тысяч одно введение. Со времени открытия, то есть за полтора года, порядка 80 процентов пациентов прошли у нас лечение по ОМС, остальные на платной основе. Это пациенты из ближнего зарубежья, из Казахстана, Беларуси. А российские - в основном по ОМС.
- Денег ОМС хватает?
- Ну, более или менее.
- Пациенты знают, что здесь можно лечиться по ОМС?
- Конечно!
- Кому отдаете предпочтение?
- У нас нет предпочтений. Мы принимаем всех, - замечает Сергей Владимирович Дорофеев. - По Московской области, например, выпущен приказ о маршрутизации всех онкобольных для лечения радионуклидной терапией. Так вот, наша клиника находится в этой маршрутизации. Все районные онкологи Подмосковья знают, что для радионуклидной терапии по ОМС можно направлять к нам. Они направляют. И основной поток идет от районных, муниципальных онкологов.
Плюс группа поддержки
В одном из холлов знакомимся с Алевтиной Беляевой.
- Мы из Твери, - говорит Алевтина Николаевна. - Мы - это группа поддержки: моя дочка Марина Меркушева приехала на обследование. Направил сюда лечащий врач. Марина сейчас заполняет бланки. Заполнит и подойдет. Марине на днях исполнилось 60 лет. А мне уже 84. Вон внучка моя, внук мой...
Марина инженер-строитель. Диагноз не скрывает: злокачественная меланома с метастазами. Все началось в 2010 году. В 2019-м обнаружили метастазы в подмышечном лимфатическом узле. А сейчас в легких. Лечилась в Твери. Теперь из онкологического диспансера Твери направили в Химки. И там и тут лечение по ОМС. Проходит обследование: ПЭТ, КТ. Далее будут смотреть, что делать. "Приехали всем семейством - и мама, и сын Виталий, и красавица-сноха. Мы не оставляем друг друга. Мы всегда вместе", - говорит Марина.
В зоне ожидания, где первичный прием пациентов, разговариваем с радиотерапевтом Ольгой Графовой. Она проводит лучевую терапию.
- Сколько сегодня у вас пациентов? - спрашиваю у Ольги Валерьевны.
- На первичном приеме - четверо, и на лечении - 30 . А в целом в отделении лучевой терапии каждый день лечится 130 человек.
- На амбулаторном лечении или стационарном?
- Здесь дневной стационар. Коек нет. Есть зоны отдыха, есть кафе. Пациенты в основном из Московской области. Лечатся по полису ОМС. То есть сами не платят. На тех же условиях и пациенты из регионов. Практически со всей России. Много пациентов из Крыма.
Нона приехала из Северной Осетии, Владикавказа. Сопровождает маму, у которой рак молочной железы. Сюда направили на лечение по квоте. Тамара Аверьянова - из поселка Сычево Волоколамского района Московской области. Ирина Николаевна (фамилию не называет) - из Истры. На мой вопрос, почему выбрали эту клинку, отвечают одинаково: направил местный онколог по системе ОМС. А Ирина уточняет: "Прошли 16 сеансов лучевой терапии по поводу рака молочной железы. Прогноз очень благоприятный".
Зал линейного ускорителя. Пациентов приглашают непосредственно на этот самый ускоритель.
- Как вы сюда попали? - спрашиваю одного из пациентов.
- Да обычно, по интернету... С Мурманска приехали.
Татьяна Павлова из Истринского района Подмосковья лечится две недели. Прошла десять сеансов
- Чувствую себя получше, - говорит Татьяна Викторовна. - Хотя добираться непросто: на поезде и на метро. Каждый день езжу. Суббота, воскресенье - выходные. Это как на работу.
Наталья Петренко из Истры нахваливает чистоту, порядок, приветливый персонал: "Все такие дружелюбные. Лечится муж, а я его сопровождаю".
А вот Наталья Бажинова из Одинцова сперва консультировалась в другой клинике. Но там надо было ждать лечения до ноября. Потому выбрала Химки. "Я только второй день здесь. Очень довольна", - делится она.
В зале линейного ускорителя - бетонном бункере, где стены толщиной два метра, лечат с помощью радиотерапии. Еще раз поясним, это уникальный метод, позволяющий воздействовать исключительно на раковые клетки, разрушая их, лишая возможности деления. При этом максимально сохраняются здоровые ткани. Лечение проходит на линейных ускорителях. И тут на стенах, на потолке пейзажные гобелены. Они еще и подсвечиваются, создавая впечатление, что человек на природе, чтобы мог расслабиться.
В кабинете вводят радиофармпрепарат. После введения пациент идет на 40-50 минут в комнату релаксации: радиофармпрепарат накапливается в опухоли. Отсюда пациентов приглашают в процедурную. Сама процедура длится 15-20 минут, безболезненная. В день, когда была в Химках, на нее было записано 35 пациентов.
Поток пациентов не иссякает: рак не уходит. Но позиции под натиском той же ядерной медицины сдает. И повторюсь: если смотреть на все эти вывески - "ускоритель", "электронный/эмиссионный томограф"... От одних названий можно впасть в уныние. В Химках этого не происходит: красиво, уютно, чисто, приветливо. Нет удрученных, жалких пациентов. У них хорошее настроение. Это при онкологическом-то диагнозе! Объяснить, понять такое... Они верят, что им тут помогут. И дай-то Бог, чтобы так и было.