Как сделать, чтобы новые разработки не устарели раньше времени.
Объединённый учёный совет Сибирского отделения РАН по медицинским наукам, собравшись в Томске, обратился к теме, важнее которой, пожалуй, нет, – трансляция научных идей из лабораторий в производственные цеха, а оттуда в клиническую практику.
Казалось бы, генезис новых медицинских технологий очевиден: учёные докапываются до биологической сути той или ной патологии и предлагают способ её купирования, после чего разработчики диагностикумов, фармпрепаратов и оборудования эту идею воплощают в осязаемые продукты, а производители их тиражируют. Но почему-то в жизни всё оказывается гораздо сложнее. Отчего так происходит? Встреча в Томске, где за «круглым столом» собрались директора научных институтов СО РАН, лидеры мнений в сфере биомедицинской науки и практического здравоохранения, руководители предприятий, занимающихся выпуском лекарств и медицинских изделий, показала: причина того, что огромное количество интересных предложений от российских учёных так и остаётся нереализованным в практике здравоохранения, кроется в системных отраслевых ошибках.
В то же время в регионах Сибири есть примеры весьма успешной работы биомедицинских научно-производственных консорциумов. Как раз эти примеры, по замыслу организаторов встречи, должны укрепить Министерство науки и высшего образования, Минздрав, Минпромторг, Минэкономразвития во мнении, что, не используя в полной мере научно-технологический потенциал своей страны, мы тем самым усиливаем возможности остального мира. Импортозамещение в авральном режиме, конечно, азартный процесс, и многие потом получат ордена. Но лучше всё-таки, чтобы был наконец налажен плановый трансфер отечественных биомедицинских технологий.
![1-1 (jpg, 51 Kб)](/FStorage/Download.aspx?id=a26d6264-812d-4e18-a0a2-91e762f70f19)
Сверим часы.
Некогда ждать
Значение темы, которую вынесли на обсуждение экспертов, председатель Объединённого учёного совета СО РАН по медицинским наукам академик Сергей Попов обозначил следующим образом. В Российской Федерации приняты три национальных проекта – «Наука», «Здравоохранение» и «Демография», реализацией которых должно стать снижение заболеваемости и смертности прежде всего от сердечно-сосудистых, онкологических и нейродегенеративных патологий. Чтобы этого достичь, необходимо разработать и внедрить высокие и критические медицинские технологии, включая персонализацию терапии. Однако решение этих задач затруднено, поскольку до последнего времени в РФ не было ориентира на собственное производство медицинских изделий высокотехнологичного сектора биомедицины. В итоге сегодня, когда активные зарубежные игроки данного сектора с российского рынка уже ушли или в процессе ухода, впору говорить о необходимости не просто замещения импорта медицинских технологий, а экстренного импортозамещения. Идеалисты-мечтатели употребляют даже слово «импортоопережение».
– Оперативным ответом государства на текущие вызовы должна стать разработка единого непрерывного технологического процесса по разработке технологий, планированию и выпуску высокотехнологичного продукта в сфере биомедицины, фармацевтики, производства расходных материалов и медицинского приборостроения. Времени на раскачку нет нисколько, – подчеркнул С. Попов.
Исследовательский потенциал России высок. Нужно только не изолировать его по ведомствам, а грамотно задействовать все научные организации и университеты в процессе реализации продуктивных идей. Не такая уж сложная это задача, как было показано на региональных примерах.
На равных
За рубежом вся наука концентрируется вокруг и внутри университетов, а в нашей стране сложилась иная структура: есть так называемая большая наука и есть вузовская, типа второстепенная. Отношения их традиционно строились как отношения старшего и младшего братьев.
С недавних пор такое положение дел перестало устраивать всех, поскольку синергия исследовательских ресурсов может дать существенно более высокий результат. Томск, как город учёных и студентов, был одним из первых регионов страны, где начали формироваться объединения высших учебных заведений и институтов РАН, Минздрава и ФМБА, а затем по ряду проектов подтянулись индустриальные партнёры.
Президент Томского государственного университета Георгий Майер называет вузы центрами генерации биомедицинских знаний и технологий, не говоря уже о том, что они собственно и являются базами подготовки биотехнологов. В последние годы в ТГУ отмечают бум интереса студентов к обучению по специальностям «медицинская физика» и «медицинская химия». Интерес возник не на пустом месте: молодёжь привлекает перспектива работы в научно-образовательных консорциумах.
Так, синдикат ТГУ, Сибирского медуниверситета, Федерального сибирского научно-клинического центра и Федерального медицинского биофизического центра им. А. И. Бурназяна ФМБА России занимается созданием приборов и технологий для экстремальной и реабилитационной медицины. Данная научно-техническая программа полного инновационного цикла включает следующие разделы: медицинская робототехника, клеточные и геномные технологии, биоинформатика, спортивная и космическая медицина, медицина специального назначения, медицина высоких широт. Каждый из участников альянса вносит свою интеллектуальную лепту.
– Если перестать конкурировать, а объединиться для решения единой научной задачи, достижения будут значительно выше, – так Г. Майер видит преимущества научно-образовательных консорциумов.
Кто сказал, что это невозможно?
Представленные на заседании Объединённого учёного совета практики научно-производственной интеграции – это не правила, а исключения, но зато какие! Любую из этих практик можно тиражировать в масштабах страны как эффективную модель трансфера научных идей в форму технологий и изделий медицинского назначения.
Так, ректор Сибирского государственного медуниверситета (Томск) Евгений Куликов рассказал о создании инфраструктуры полного цикла по разработке лекарств. Уже организованы несколько лабораторий химико-фармацевтических исследований и опытное производство лекарственных препаратов непосредственно на базе вуза.
– Университет не ставит перед собой задачу копирования дженериков. Мы нацелены на разработку двух уникальных генно-терапевтических препаратов, – уведомил ректор.
Управляющий научно-производственным предприятием «МедИнж» (Пенза) Сергей Евдокимов обозначил суть обсуждаемой темы максимально конкретно: глобальные процессы в стране влияют на то, достанутся ли пациентам медицинские изделия, спасающие жизнь.
– В СССР взаимодействие происходило так: медицина формулировала запрос на медицинские изделия, государство делало заказ медпромышленности, последняя поставляла готовые продукты государству, а те – медицинской отрасли. Прямых связей между инженерами и врачами практически не было. В 1990-е годы государство «впало в кому» и российская медицина начала искать спасение в контакте с зарубежными фирмами. Именно тогда все поняли разницу между социалистическим соревнованием и капиталистической конкуренцией, где соперничество за потребителя идёт путём расширения ассортимента и улучшения качества продукции, – напомнил С. Евдокимов.
К настоящему времени у предприятия выстроены прямые и прочные контакты с медицинскими организациями – НМИЦ им. Е. Н. Мешалкина, Бакулевским центром, НИИ кардиологии им. Е. И. Чазова, федеральными центрами сердечно-сосудистой хирургии в Пензе и Хабаровске, Томским НИИ кардиологии. Разработку протезов клапанов сердца, стент-графтов и других «расходников» инженеры ведут вместе с кардиохирургами.
Есть опыт организации производства клапанных протезов собственной разработки и у НИИ комплексных проблем сердечно-сосудистых заболеваний (Кемерово) и его индустриального партнёра. Здесь тоже уяснили важность капиталистической конкуренции, поэтому, чтобы не дублировать работу других научных организаций, сосредоточились на создании клапанов для аортальной имплантации, а также биодеградируемых сосудистых протезов малого диаметра. Заместитель директора НИИ комплексных проблем сердечно-сосудистых заболеваний Евгений Григорьев отметил, что оба направления не просто важны для реконструктивной кардиохирургии и биопротезирования структур сердца, они весьма перспективны как раз в плане импортозамещения.
В свою очередь, заместитель директора НМИЦ им. Е. Н. Мешалкина (Новосибирск) Александр Романов подчеркнул, что современные тренды развития сердечно-сосудистой хирургии, в частности, клапанной, диктуют свои правила. Клапаны, во-первых, должны быть универсальными, во-вторых, они нужны как для имплантации эндоваскулярно, так и хирургическим миниинвазивным способом. В-третьих, желательно, чтобы клапанное протезирование избавляло больного от необходимости принимать антикоагулянты. И, наконец, для протезов важна долговечность. Собственно, над созданием клапанов с такими характеристиками и работают совместно специалисты НМИЦ им. Е. Н. Мешалкина, Института экспериментальной биологии и медицины РАН, конструкторского бюро и частного индустриального партнёра.
Сотрудничество томского НИИ кардиологии и НМИЦ им. В. А. Алмазова с корпорацией «Росатом» – яркий пример того, как запрос врачебного сообщества к физикам и инженерам воплощается в виде лечебной технологии и оборудования для медицины критических состояний. Речь идёт об ингаляционной терапии оксидом азота, а также органопротекции оксидом азота, подаваемым через оксигенатор в кровь пациента. Участие оксида азота в физиологических процессах впервые было показано ещё в 1965 г., но сегодня усилиями российских учёных применение этого неорганического соединения в медицине обретает новые формы. Представитель Всероссийского НИИ экспериментальной физики (Саров) член-корреспондент РАН Виктор Селемир рассказал о том, как продвигается разработка оборудования для ингаляционной терапии медицинским оксидом азота, генерируемым в воздушном плазменном разряде в аппарате, расположенном у постели больного. Появления такого оснащения очень ждут в кардиологии, кардиохирургии, пульмонологии, реаниматологии.
Первый робот-аритмолог
Ещё два примера того, как заказчик в лице научного института и исполнитель в лице предприятия находят друг друга и взаимодействуют напрямую. В конце 1990-х годов молодые специалисты из двух научных организаций в Томске – Института кардиологии и инженерно-конструкторской компании «Электропульс» – нашли общие интересы в разработке приборов для интервенционной аритмологии. С тех пор они придумали уже не один вариант носимых наружных электрокардиостимуляторов, элекрофизиологических комплексов для диагностики аритмий, лечебной электрокардиостимуляции, радиочастотной деструкции проводящих путей.
В настоящее время учёные НИИ кардиологии, томского Политехнического университета и компании «Лорге Медикал» замахнулись на создание первого в мире роботассистированного комплекса полного цикла для диагностики и интервенционного лечения аритмий. Его особенность в том, что роботизированная платформа-манипулятор интегрирована с электрофизиологической системой поверхностного и внутрисердечного картирования, сюда же поступают данные компьютерной и магниторезонансной томографии у конкретного пациента. Фактически манипулятор управляется искусственным интеллектом.
Нужны правила
Теперь о том, что пока внушает не оптимизм, а противоположное чувство. По словам директора Томского национального исследовательского медицинского центра академика РАН Вадима Степанова, самая важная проблема, мешающая наладить механизм трансфера биомедицинских технологий в нашей стране, – отсутствие системной связи между научными организациями и реальным сектором экономики. Потенциальные партнёры просто не знают друг о друге. Всё рассказанное выше, как уже замечено, – исключения из общего правила. Есть фрагментарные контакты, но некой объединяющей площадки нет. А ведь необходимость в ней возникла не вчера: уже лет двадцать, если не больше, на сессиях и собраниях РАН учёные, которым обидно складывать свои разработки «в стол», регулярно напоминают о необходимости создания в стране такой официальной площадки.
По итогам встречи учёный совет принял решение, которое будет направлено в адрес Министерства науки и высшего образования РФ. В частности, предлагается провести для научных организаций конкурс приоритет-2030, по итогам которого организовать под эгидой государства и при его финансовом участии разработку оригинальных или замещение заимствованных биомедицинских технологий, лекарств и медицинских изделий. Также министерству рекомендовано обратить внимание на клиники медицинских научных организаций, оказать им дополнительную технологическую и инфраструктурную поддержку, поскольку именно академические клиники могут стать ключевым инструментом трансфера новых биомедицинских технологий.
Елена Буш, обозреватель «МГ».
Источник: «Медицинская газета»,
выпуск № 21 (8090) от 31 мая 2023 г.