http://www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=befab3aa-fecd-4cdb-9d5f-9c01d7ce1476&print=1
© 2024 Российская академия наук
Владимир Петрович Сергиев родился 31 июля 1943 года в Москве.
В 1966 году окончил Cанитарно-гигиенический факультет 1-го Московского медицинского института им. И.М. Сеченова. Далее по распределению — в Институте медицинской паразитологии и тропической медицины им. Е.И. Марциновского Минздрава СССР: младший научный сотрудник, старший научный сотрудник. В 1974-1988 гг. — в Минздраве СССР: начальник эпидемиологического отдела Главного санитарно-эпидемиологического управления, начальник Главного управления карантинных инфекций министерства. В 1987-1988 гг. — заведующий Специализированной научно-исследовательской лабораторией эпидемиологии и профилактики СПИД Центрального НИИ эпидемиологии Минздрава СССР. В 1988-2014 гг. — директор Института медицинской паразитологии и тропической медицины им. Е.И. Марциновского ММА им. Сеченова (ИМПиТМ им. Е.И. Марциновского). С 2014 года — почетный директор Института, главный научный сотрудник.
С 2001 года — профессор, заведующий кафедрой тропической медицины и паразитарных болезней Института медицинской паразитологии и тропической медицины им. Е.И. Марциновского 1 МГМУ им. И.М. Сеченова.
Член-корреспондент РАМН с 1995 года, академик РАМН с 1999 года, академик РАН с 2013 года — Отделение медицинских наук.
Академик В.П. Сергиев — известный у нас в стране и за рубежом ученый, который внес значительный вклад в развитие отечественной паразитологии и эпидемиологии. За создание системы биологической безопасности страны удостоен премии Правительства РФ. Его научно-исследовательские труды и разработки стали существенным вкладом в обеспечение надежной защиты от массовых эпидемий в нашей стране, в развитие отечественного здравоохранения. Это — разработка стратегии и тактики эпидемиологического надзора за паразитарными и инфекционными болезнями, создание противопаразитарных препаратов и определение параметров целесообразного применения профилактических медикаментозных мероприятий по снижению заболеваемости гельминтозами и тропическими болезнями, их профилактика. Исследования в области медицинской географии и молекулярной паразитологии.
Более 10 лет (1977-1988) В.П. Сергиев возглавлял Главное управление карантинных инфекций МЗ СССР, отвечая за борьбу со всеми эпидемиями в стране. Член Научного совета Минздрава России, председатель Государственной независимой комиссии. Эксперт Всемирной организации здравоохранения, консультант ВОЗ по малярии и лейшманиозам. Как консультант ВОЗ В.П. Сергиев был направлен по полгода в Индонезию, в качестве консультанта ВОЗ работал по полгода в штаб-квартире ВОЗ в Женеве (Швейцария) и в Региональном бюро ВОЗ в Копенгагене (Дания).
В 1966 году защитил кандидатскую диссертацию, посвященную созданию вакцины против зоонозного кожного лейшманиоза, в 1980 году защитил докторскую диссертацию, посвященную эпидемиологии брюшного тифа, с 1991 года — профессор.
Ещё будучи студентом, В.П. Сергиев участвовал в многочисленных экспедициях, проводимых Институтом медицинской паразитологии и тропической медицины имени Е.И. Марциновского (ИМПиТМ) по борьбе с гнусом на строительстве Байкало-Амурской магистрали, с зоонозным кожным лейшманиозом (ЗКЛ) в Каршинской степи на территории Узбекистана. На территории Туркестанского военного округа получил бесценный опыт экспедиционной работы в трудных условиях при испытании вакцины против зоонозного кожного лейшманиоза, от которого страдали тысячи военнослужащих.
В 1987 году в стране сложилась неблагополучная ситуация по СПИДу — В.П. Сергиеву поручили организовать и возглавить специализированную научно-исследовательскую лабораторию эпидемиологии и профилактики СПИД на базе Центрального научно-исследовательского института эпидемиологии Минздрава СССР — здесь он проработал полтора года. Ему пришлось организовывать работу по борьбе с этой болезнью на Всесоюзном уровне.
Ему, как председателю Государственной независимой комиссии, было доверено докладывать и доказывать Европейской комиссии, что Россия свободна от полиомиелита.
В.П. Сергиевым определена социально-экономическая значимость болезней и динамика эпидемической ситуации при трансформации природной среды и среды обитания человека. Им создана законодательная база профилактики паразитарных болезней на территории России с учетом экологических предпосылок распространения этой патологии и новых социально-экономических реалий; впервые в мире подготовлены и утверждены Санитарные правила и нормы по профилактике паразитозов.
В.П. Сергиевым было доказано определяющее влияние массовых паразитарных болезней на задержку роста, физического и психического развития детей. Сформулирована концепция оздоровления детей Севера России от социально-значимых гельминтозов, которая в настоящее время реализуется. В.П. Сергиев уделяет большое внимание проблемам воздействия паразитов на организм хозяина и взаимодействия в системе «паразит-хозяин».
В последние годы В.П. Сергиевым разработана концепция современной трактовки проблем биологической безопасности, установлена географическая зональность трансмиссивного гельминтоза — дирофиляриоза на территории РФ, а также эпидемически значимых переносчиков опасных вирусных лихорадок — комаров Aedes aegypti на территории Краснодарского края. Под руководством В.П. Сергиева были внедрены в практику новые для России методы молекулярной паразитологии, что необходимо для своевременной диагностики паразитарных заболеваний и предупреждения возникновения эпидемических вспышек.
Более четверти века В.П. Сергиев возглавлял Институт медицинской паразитологии и тропической медицины им. Е.И. Марциновского (ИМПиТМ), сегодня — почетный директор Института. В должности директора он способствовал расширению спектра научных исследований Института и повышению эффективности их результатов в рамках выполнения государственных заданий по социально значимым паразитарным болезням — гельминтозам, протозоозам и трансмиссивным паразитозам (аскаридоз, описторхоз, эхинококкозы, малярия и др.).
В этот период в ИМПиТМ начинает работать проблемная комиссия по паразитарным болезням, объединившая тематику 5 научно-исследовательских институтов этого профиля: Азербайджанский институт медицинской паразитологии им. С.М. Кирова (г. Баку), Грузинский институт медицинской паразитологии им. С.С. Вирсаладзе (г. Тбилиси), Ростовский НИИ медицинской паразитологии Минздрава РСФСР, Самаркандский институт им. Л.М. Исаева и в качестве головного учреждения — ИМПиТМ. Научные сотрудники этих институтов проводили совместные исследования в очагах паразитарных болезней, принимали участие в научных конференциях и съездах.
Распад СССР привел к значительному ухудшению социально-экономической и санитарно-эпидемиологической ситуации в стране, что проявилось негативными тенденциям в изменении состояния здоровья детей и подростков, оставшихся без попечения родителей. В связи с нарастанием процессов миграции населения и существованием групп риска (беженцы, вынужденные переселенцы, бездомные люди) появилась необходимость совершенствования методов диагностики, лечения и профилактики паразитарных заболеваний. Все это повлияло на изменение тематики проводимых научных работ Института. Под руководством В.П. Сергиева коллектив Института включился в выполнение государственных федеральных целевых программ по паразитологическим направлениям «Дети семей беженцев и вынужденных переселенцев», «Дети Севера». Реализация этих программ была рассчитана на два этапа: 1993-1995 гг. и 1997-1999 гг. Актуальность детской тематики была обусловлена негативным влиянием гельминтозов на растущий организм, которое проявлялось задержкой физического и психического развития детей, снижением эффективности вакцинопрофилактики различных инфекций
Для практического осуществления задач программ формировались выездные бригады врачей-паразитологов, в состав которых входили сотрудники ИМПиТМ — во взаимодействии с территориальными медицинскими учреждениями и с МЗ РФ: так осуществлялись диагностика и лечение населения во многих регионах России. Реальная помощь была оказана населению Тверской, Нижегородской, Волгоградской, Белгородской, Астраханской областей, Чукотского АО, Ханты-Мансийского АО, Республики Алтай.
В 1992 году в Институте создается центр по изучению трёхдневной малярии (Plasmodium vivax), который возглавил В.П. Сергиев. Проведенные в центре исследования, осуществляемые в тесном сотрудничестве с ВОЗ, и полученный опыт работы оказались особенно полезны в конце 1990-х годов, когда в России ухудшилась эпидемическая ситуация по трёхдневной малярии в связи с массовым завозом возбудителей этой инфекции из стран СНГ (Азербайджан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан), где имели место эпидемии и локальные вспышки из-за ухудшения социально-экономических условий и военных конфликтов, коллапса системы эпидемиологического надзора.
В 2000 году с ИМПиТМ происходят организационно-штатные изменения: Институт структурно становится одним из подразделений Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова. На медико-профилактическом факультете академии создается новая Кафедра паразитологии, паразитарных и тропических болезней», которая базируется в стенах ИМПиТМ, заведующим Кафедрой избирается В.П. Сергиев.
Широко известна негативная реакция В.П. Сергиева на проводимые меры по борьбе с COVID-19, приводим ряд его высказываний в прессе: «13 января 2020 года ВОЗ признала вспышку COVID-19 угрозой, имеющей международное значение, 11 марта уже объявила пандемию; вторя штаб-квартире, Европейское бюро ВОЗ 12 марта провозгласила Всеевропейскую эпидемию. На тот день в 51 стране Европейского региона было выявлено около 20 тыс. инфицированных и менее 1000 умерших при численности населения почти 950 млн. человек.
К сожалению, это не первый случай провоцирования ВОЗ необоснованной паники. За первые полгода с момента попадания нового коронавируса в человеческую популяцию заразились 0,6% населения Земли. Доля умерших от COVID-19 составила чуть больше 0,7% из 51 миллиона ежегодно умирающих в мире. В России инфицировано 0,2% населения. Как видно, картина далека от ужаса и паники, повсеместно нагнетаемых всеми видами СМИ.
Да, смерти есть, но их число не сказывается на показателях общей смертности населения, которая только в нескольких странах выросла на 1-1,5%, а в большинстве осталась прежней или даже ниже, чем в 2019 году. При этом сознательно замалчивается, что ежегодно в мире от других инфекций умирает более 17 млн человек.
Бывший руководитель здравоохранения в северной столице, а ныне депутат, доктор медицинских наук профессор Александр Редько сообщает: смертность в городе выросла по сравнению с аналогичным периодом 2019 году, но убыль населения была связана «вовсе не с COVID-19, а с резким ростом смертности от онкологии и сердечно-сосудистых заболеваний». Контагиозность COVID-19 существенно ниже, чем при кори, дифтерии и даже коклюше.
Вспомним так полюбившееся чиновникам внешне эффектное, но совершенно бессмысленное и бесполезное бесконечное мытье мостовых и тротуаров дезрастворами. Увы, проводимые драконовские ограничительные меры в городах нашей страны не имели медицинского обоснования и явились более разрушительными, чем сама болезнь — они больно ударили и по социальной, и по экономической ситуации в нашей стране.
Почему-то в основу профилактики COVID-19 в нашей стране поставили изоляцию здоровых. Отечественная противоэпидемическая служба всегда занималась больными — их изоляцией, а также изоляцией людей, которые контактировали с этими больными, это всегда давало хороший эффект в отечественной противоэпидемической практике. Так ликвидировали любые эпидемии. При COVID-19 почему-то решили изолировать здоровых. Вероятно, потому, что так поступили в Китае. Это затратно и неэффективно. Нужно было, наоборот, содействовать максимально скорой отмене всех ограничительных мер — нигде в мире ограничения, призванные сдержать болезнь, не дали ожидаемого эффекта.
ВОЗ не является истиной в последней инстанции, и этой организации свойственно грубо ошибаться в оценке эпидемической ситуации. По миру ВОЗ декларирует летальность от нового коронавируса около 6%, забывая сказать, что в большинстве стран практически не проводят тестирования населения, и «высокий» показатель летальности относится исключительно к группе тяжелых больных. Фактически ВОЗ признала, что жесткие ограничения и закрытие предприятий, объектов торговли, рекреационных и культурно-развлекательных учреждений не оказали существенного положительного влияния на здоровье людей в условиях вспышки коронавирусной инфекции. Сейчас эта организация отрицает факт объявления пандемии, говоря, что ее Генеральный директор только назвал ситуацию «похожей на пандемию».
Но вспомним: такую же панику инициировал ВОЗ в 2009 и 2013 гг. с якобы эпидемиями свиного и птичьего гриппа. Эти примеры показывают, что этой организации свойственно грубо ошибаться в оценке эпидемической ситуации. Впрочем, в последнее время во многих международных организациях падает уровень экспертизы.
Считаю необходимым перечислить страны, которые не поддались всеобщему безумию: Белоруссия, Бразилия, Вьетнам, Коста-Рика, Куба, Ливан, Северная и Южная Кореи, Иран, Туркмения, Швеция. В эту же группу попадает и Япония.
Как показал опыт стран, которые стали быстро снимать ограничения, продолжительность вспышки COVID-19, как правило, укладывается в 2 месяца. Это относится как к странам, вводившим строгие карантинные меры, так и странам, которые не нарушали обычный ход жизни, и, главное, не разрушали экономику.
Обычно эпидемией считается вспышка, когда число заболевших достигает 5-7% населения. На момент панического сообщения ВОЗ в марте 2020 года признаков эпидемии не было, как не было их и после. Ситуация может быть охарактеризована как эпидемическая вспышка малой интенсивности. Это становится очевидно, если отвлечься от тиражируемых СМИ абсолютных цифр. Для справки: пик эпидемии Гонконгского гриппа пришелся в Москве на 2 января 1969 г., когда в один день за медицинской помощью обратились 102 тыс. человек. Вот что такое настоящая эпидемия!
Наибольшей ошибкой региональных властей в нашей стране стал запрет на прогулки, закрытие парков и скверов, что негативно сказалось на здоровье детей, престарелых. А для хронических больных стала практически недоступной необходимая медицинская и лекарственная помощь. В итоге борьба с COVID-19 привела к бомльшему числу смертей, чем сам коронавирус. От ограничения доступа к необходимой медицинской помощи в первую очередь погибали больные раком и инсультом. Последствия этой непродуманной акции еще скажутся обострениями, а возможно и избыточной смертностью в группах риска, таких как онкологические больные, больные диабетом и другой серьезной хронической патологией, что будет несопоставимо с регистрируемыми смертями от COVID-19. Интересно, что в ряде стран, например, в Англии и Германии приходилось массово отменять плановые операции раковым больным или отказывать в медицинской помощи больным с инсультом и инфарктом в связи с отсутствием свободных больничных коек.
К сожалению, в настоящее время Правительство нашей страны преимущественно ориентируется на разработки Высшей школы экономики, пропагандирующей исключительно либеральные подходы. Именно рекомендациям этой организации мы обязаны проводимой многолетней реформе отечественного здравоохранения. Преобразование советского здравоохранения проходило по западным лекалам, отрасль стала развиваться как сфера услуг, как научный и производственный бизнес. Упразднялись по чисто финансовым критериям «нерентабельные» больницы, поликлиники и инфекционные койки. Сокращалась численность врачей и другого медицинского персонала. Это в совокупности привело к большим сложностям в 2020 году, главными проблемами в борьбе с распространением коронавирусной инфекции в России оказались — дефицит врачей и загруженность медицинских учреждений».
В.П. Сергиевым создана научная школа эпидемиологов и паразитологов, под его руководством подготовлено и защищено более 20 кандидатов и докторов наук.
Он является автором и соавтором около 500 научных работ, среди которых 12 монографий и 14 руководств. Хорошо известны его «Атлас клинической паразитологии и тропической медицины», книга «Инфекционные болезни и цивилизация» — в медицинских кругах говорят, что она получилась удачной. В.П. Сергиев опубликовал серию статей об инфекционных и паразитарных болезнях как объекте изобразительного искусства ряда маститых художников прошлого. Даже медицинская эмблема Змея, обвивающая жезл или кадуцей, когда две змеи обвивают жезл — это романтизированный образ извлечения из организма больного, путем накручивания на палочку гельминта дракункулеза или ришты. В основе ряда религиозных запретов и догматов: например, запрете употребления свинины иудеями и мусульманами лежит гигиеническая составляющая — профилактика смертельного гельминтоза — трихинеллеза, которым заражались и от которого умирали после употребления зараженной этим гельминтом свинины. Ряд казней господних, «насланных на Египет», отражает эпидемию лейшманиоза и отравление спорыньей. В Библии в Левите эпидемиологически безупречно описана эпидемия чумы во время войны между израильтянами и филистимлянами. Там же впервые прямо указано на связь эпидемии чумы с грызунами. Научно это «открыли» только через 3000 лет (!).
В.П. Сергиев — главный редактор журнала «Медицинская паразитология и паразитарные болезни», член редколлегий журналов «Молекулярная медицина», «Эпидемиология и инфекционные болезни», «Журнала микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии».
Избирался членом Бюро Отделения профилактической медицины РАМН, председателем проблемной комиссии «Паразитарные болезни» РАМН, член Научного совета по эпидемиологии, паразитарным и инфекционным заболеваниям,
Член Научного совета Минздрава России, заместитель председателя Комиссии по санитарно-гигиеническому нормированию Минздрава России, эксперт ВАК России, эксперт Всемирной организации здравоохранения.
Заслуженный деятель науки РФ.
Награжден орденом Почета, орденом Дружбы, медалью «За трудовую доблесть».
Дважды лауреат премии Правительства РФ.
Удостоен премии имени К.И. Скрябина РАН.