Что такое национальная сила? Как по
этому показателю американские эксперты «установили» полную гегемонию США над
остальным миром? Насколько Россия реализует свой огромный потенциал? Об этом
«РГ» беседует с директором Центрального экономико-математического института
РАН, член-корреспондентом РАН Альбертом Бахтизиным.
![1-3. (jpg, 433 Kб)](/FStorage/Download.aspx?id=76a53f6f-4b82-4619-802e-7730f393e6bc)
Альберт Бахтизин: «Наша модель
определила ряд срочных мер, которые могут обеспечить форсированный рост
российской экономики». Источник: Олеся Курпяева / «РГ».
Альберт Рауфович, сегодня всемогущая
математика не только распознает лица и ставит диагнозы, но и предсказывает
изменения климата и даже преступления. А чем она способна помочь экономистам и
политикам? Если бы эта наука смогла просчитать последствия многих решений, то,
вероятно, власть имущие десять раз отмерили бы, прежде чем начать действовать.
Альберт Бахтизин: Сегодня
в мире настоящий бум исследований в этой сфере. Ведь появилась мощная
вычислительная техника, которая позволяет решать задачи, которые еще недавно
были неразрешимы.
Так, в нашем институте создан
программный комплекс «Мебиус», с его помощью мы совместно с китайскими учеными
в 2018–2019 годах рассчитали сценарии торговых войн против России и Китая,
которые могут начать США и их союзники. И наши возможные ответные меры. Хотя
кое-кто недоумевал, зачем этим заниматься, но мы такую работу сделали.
Общий результат такой. Конечно, у России
и Китая будут серьезные проблемы, но хотя и в несколько меньшей степени, они
существенно ударят и по инициаторам. Подчеркиваю, эти расчеты были сделаны еще
до ковида и введения масштабных санкций. И сейчас очевидно, что нынешние
события происходят по рассчитанным моделью сценариям. Более того, с прогнозом
совпадают многие вполне конкретные детали событий.
Комплекс «Мебиус» позволяет
смоделировать экономическую и институциональную систему экономики России, а в
принципе может решать самый широкий круг задач. К примеру, мы рассчитываем
такие важнейшие и комплексные показатели, как индексы национальной силы и
национальной безопасности. Они используются для оценки места стран в мировом
сообществе, а также для долгосрочного планирования и разработки различного рода
стратегий.
Для многих это довольно абстрактные
понятия. Объясните, чем они различаются.
Альберт Бахтизин: Национальная
сила – это совокупность многих валовых показателей. Какая у страны территория,
численность населения, ее ВВП, вооруженные силы, сколько нефти, газа, зерна,
стали и т. д. По сути, во многом это определяет потенциал страны. А в индексе
нацбезопасности учитываются эти и другие показатели, но на душу населения. То
есть все соотносится с числом жителей. Здесь надо отметить один принципиальный
момент. Во многих ведущих странах оценка этих важнейших индексов отдана на
откуп узкому кругу экспертов. Да, авторитетных, да, известных, но совершенно
очевидно, при таком подходе не исключены субъективизм, пристрастие, а возможно,
даже ошибки. В свою очередь, для своих расчетов мы использовали методы
многомерного статистического анализа, что в некоторой степени снимает эти
проблемы.
Часто слышу и читаю, как наши экономисты
и политики по самым разным проблемам ссылаются на мнение известного
американского агентства RAND сorporation.
Альберт Бахтизин: Хорошо,
что вы его назвали. Эксперты этого агентства «установили» полную гегемонию США
над остальным миром по показателю национальной силы. Более того, она в 10 раз
больше, чем у России. Что далеко от реальности.
То есть армия даже самых авторитетных
экспертов не даст объективной картины, доверять можно только беспристрастной и
безошибочной математике?
Альберт Бахтизин: Не
совсем так. Результат зависит от того, как считать. Сегодня есть несколько
десятков формул для расчета национальной силы. Иногда берут предельно
упрощенный вариант, считают только по одной-двум переменным, например, или по
ВВП, или военным расходам, или производству электроэнергии. При таком упрощении
вы получаете результат, который искажает картину, а ведь на его основе
принимаются важнейшие решения.
С помощью комплекса «Мебиус» мы
рассчитываем индекс национальной силы по 28 показателям, которые объединили в
шесть блоков: ресурсы; экономика и производство; уровень жизни населения;
развитость финансовой системы; вооруженные силы; наука и инновации. Внутри
каждого блока учитывается множество разных данных, скажем, например, в блок
«уровень жизни населения» входят здоровье, доходы, смертность,
продолжительность жизни, криминогенность и т.д. По этим показателям мы оценили
индекс национальной силы для 193 стран, входящих в ООН, в интервале с 2010 по
2021 годы.
Каков результат? США в ваших формулах
ходят в гегемонах?
Альберт Бахтизин: По
данным на 2021 год, в мире два явных лидера – Китай и США, которые идут нога в
ногу. То есть никакой гегемонии США нет. Что касается России, то она
переместилась с 3-го места на 4-е, пропустив вперед Индию. Причем модель
показала, что список лидеров по нацбезопасности значительно отличается от
рейтинга стран по уровню национальной силы. Скажем, Китай занимает первое место
по потенциалу, опережая США, но в 2 раза проигрывает по национальной
безопасности. Или Индия с 3-м местом по потенциалу только 31-я по
нацбезопасности, а мы, занимая 4-е место по потенциалу, на 12-м по
нацбезопасности. Это говорит о том, что лидеры по потенциалу недостаточно
эффективно его используют.
![2-3 (jpg, 281 Kб)](/FStorage/Download.aspx?id=e5c9d314-c159-48a4-9779-b31554180a7e)
Фото: Инфографика «РГ». Источник:
Александр Чистов, Юрий Медведев.
Итак, компьютер показал, какой у нас
огромный резерв. Но на чем надо конкретно сейчас сосредоточиться?
Альберт Бахтизин: Модель
позволяет определить пороговые значения каждого из показателей, выход за
пределы которых представляет угрозу национальной безопасности. Какие выявлены
наиболее уязвимые места? Это практически все показатели, связанные с ожидаемой
продолжительностью жизни, смертностью населения и экологической обстановкой.
Также угрозу создает недостаток денежного предложения. Несмотря на постоянную
борьбу с инфляцией, индекс потребительских цен у России весьма высокий. По
основному показателю, характеризующему развитие экономики – ВВП на душу
населения, среди 15 стран – мировых лидеров по уровню национальной
безопасности, мы находимся на предпоследнем месте.
Последняя позиция в этом списке у Китая,
что связано с большей численностью населения, однако, учитывая темпы экономического
развития КНР, это отставание временное. Еще одна угроза для России –
соотношение денежных доходов 10 % наиболее и 10 % наименее обеспеченного
населения, по которому мы также находимся на предпоследнем месте среди стран –
мировых лидеров.
Основа новой экономики XXI века – сектор
знаний, прямо скажем, далеко не в лучшем состоянии, и по интегральному
групповому показателю «наука и инновации» мы находимся на 27-м месте с
перспективой дальнейшего снижения.
Согласитесь, что санкции резко изменили
ситуацию. Если 20 лет наша экономика жила по принципу все купим, то сейчас
очевидно – надо делать самим. И такая перестройка уже началась.
Альберт Бахтизин: Все
верно. Но каковы приоритеты именно сейчас? И здесь наша модель определила ряд
срочных мер, которые могут обеспечить форсированный рост экономики. Это борьба
с коррупцией, уменьшение ключевой ставки и создание условий для долгосрочного
кредитования реального сектора экономики, что в совокупности может обеспечить
дополнительный прирост ВВП на 4–5 %. Но самое важное – это сбережение населения
страны, увеличение рождаемости, снижение смертности, рост продолжительности
жизни. Это не просто давно назревшая необходимость, а единственно возможный
путь дальнейшего развития России.
![3-3 (jpg, 430 Kб)](/FStorage/Download.aspx?id=ace88a8e-9c08-428d-979b-f969b30bf97d)
Фото: Инфографика «РГ». Источник:
Александр Чистов, Юрий Медведев.
Все это очень интересно и важно, но,
честно говоря, сомневаюсь, что чиновники стоят в очереди за вашими расчетами и
прогнозами. Ведь многое из того, о чем вы говорите, мы слышим и читаем в СМИ.
Альберт Бахтизин: Я
понимаю, что имеете в виду. В очереди не стоят, хотя мы об этих работах
рассказываем в разных аудиториях, в том числе и самых высоких. Да, многое из
того, о чем мы говорили, известно. Но повторяю, сегодня оценки многих ситуаций
основаны на мнениях экспертов, они субъективны, может быть, предвзяты, а
возможно, ошибочны. Может, потому у нас и не выполняются многие стратегии и
программы, что основаны на «мнениях». А компьютер беспристрастен, более того,
открывает порой неожиданные вещи. Например, в индексе нацбезопасности большой
«вес» имеют экономика, демография, уровень жизни, а вклад ресурсов мизерный.
Разница в «весе» почти в четыре раза.
Не сомневаюсь, что сейчас каждому
понятно, что национальная безопасность зависит от развития науки и инноваций.
Но как конкретно? Модель дает конкретную величину. Двукратное увеличение
вложений в новую экономику дает дополнительный прирост ВВП накопительным итогом
на 4 процента за пять лет по сравнению с инерционным вариантом развития. И это
не мнение чиновников, не лоббирование каких-то интересов, а чистая математика.
Она показывает, исходя не из общих представлений, а из модели, каковы узкие
места, каковы должны быть приоритеты, к чему могут привести те или иные
действия, каковы последствия различных сценариев. Это позволяет с ясными
глазами планировать долгосрочное развитие, разрабатывать стратегии на надежном
математическом фундаменте.
Кстати
В конце 2022 года в США был опубликован отчет, в
котором с помощью математической модели анализируются экономические последствия
от прямого или косвенного участия страны в военных конфликтах за последние
полвека. В частности, показано, что активность США в военной сфере, конечно, не
на своей территории, увеличивает уровень благосостояния граждан этой страны.
Причем полученные результаты не скрываются от общественности, они есть в
открытом доступе по ссылке.
Источник: Российская
газета.
Автор: Юрий Медведев.